r/Tay_5 - Артемий Троицкий подводит итоги 20–летнего правления Пу

«Двадцать лет как бред»
Это строчка из старой–старой песенки Майка Науменко «Пригородный блюз». 1980 год. Сразу вспомнилась, когда DELFI.LV предложили написать про 20 лет Путина у власти в России.

Скажу честно: мне Путин Владимир не понравился сразу, с первого взгляда на телеэкран, где я его зафиксировал где–то летом 1999 года. Его внешность, его рыбий взгляд, его суетливый body language. Он напомнил мне одновременно два несимпатичных социальных типажа, с которыми мне приходилось активно конфликтовать в юности — с одной стороны, шпану; с другой стороны — мента. С первыми я дрался, даже нос сломал, вторых — старался избегать, и не всегда удачно… Так что, можно сказать, что я к Путину не вполне объективен. Кстати, свою «инаугурационную» колонку в «Новой Газете» в марте 2000 года я назвал «Уродовластие».

ЧАСТЬ 1: ВЕЗУНЧИК
Среди моих друзей и знакомых мнения о приходе к власти Путина разделились. Одни, как я, считали это «плохой новостью» — чаще всего аргументируя свой скепсис одной–единственной увесистой фразой — «Он же КГБшник!» Другие утешали себя тем, что он вышел из окружения вроде как «демократического» Анатолия Собчака и, опять же вроде, ничем особо не скомпрометирован. В то, что взрывы жилых домов в сентябре 1999 были спровоцированы спецслужбами, тогда мало кто верил — слишком чудовищным казалось такое предположение. (Я, кстати, тоже не верил — а сейчас вполне допускаю). В целом, кредит доверия — я бы даже сказал, жажда доверия — отпущенный россиянами (даже богемными и гламурными отщепенцами) новому президенту, был невероятно велик. Народ смертельно устал от Ельцина — почти недееспособного, пьяненького, непоследовательного — и воспринял Путина, как глоток свежего воздуха. Тем более, что, в масштабах страны, он действительно был совершенно новым человеком и, в отличие от прочей резвой молодёжи — Немцова, Кириенко, Чубайса — никак не ассоциировался у людей с опостылевшим Борисом Николаевичем и тяжёлыми девяностыми. Жаль, почти никто не читал, как тогда «поураганил» Вова Путин в петербургской мэрии.

Путину повезло не только в том, что старт его был украшен огромными авансами и радужными надеждами. Общая ситуация в мире стала складываться крайне благоприятно. Во–первых, разумеется, цены на нефть и газ в 21 веке начали расти с невероятной скоростью и вскоре достигли рекордных отметок. Во–вторых, Буш–младший в Белом Доме: глуповатый американский президент после 11/09 был озабочен исключительно Ираком, видел в Путине надёжного союзника по борьбе с исламским терроризмом («Я посмотрел ему в глаза, заглянул ему в душу и понял, что этому человеку можно верить») и упорно закрывал собственные глаза на то, что начало происходить в самой России. А началась — пусть на первом этапе и не очень резвая — реставрация тоталитарного режима.

При всех недостатках Бориса Ельцина, как минимум одно несомненное достоинство у него было: он свято соблюдал свободу слова и медиа в стране. Это была его «священная корова». У Путина такого сентиментального комплекса не было: с самого начала президентства он обозначил своё настороженное отношение к независимым СМИ, а самое неудобное из них — популярный и влиятельный телеканал НТВ — уже на заре президентства, в 2001 году, фактически, разогнал, добившись смены собственника. Для остальных медиа — в первую очередь, материально зависимого телевидения — это был чёткий сигнал, и с тех пор атмосфера в российском информационном пространстве бесповоротно изменилась в направлении конформизма, самоцензуры, а чуть позже и конкретной циничной пропаганды.

Вторым эпохальным событием, обозначившим максимально наглядно путинский «новый порядок», стало, естественно, дело ЮКОСа. Крупнейшая и самая прибыльная частная компания в России была натурально разгромлена, а её основатель, Михаил Ходорковский — посажен на 10 лет. В этой истории органично сплелись два главных мотива Путина и его кооператива — алчность и властолюбие. С алчностью всё очевидно: богатейшую компанию с нефтяными месторождениями, трубопроводами и всей инфраструктурой просто–напросто присвоили и поделили! Главным бенефициаром тут стал ближайший друг и соратник Путина, тоже родом из КГБ, Игорь Сечин. И, наверняка, не он один. Что до политического подтекста, то он состоял в том, что ЮКОС активно развивал и поддерживал социальные и молодёжные программы, спонсировал гражданские организации и финансировал партии — что, разумеется, не могло не раздражать Кремль. Считалось, что Ходорковский «рвётся к власти». Разделавшись (естественно, не очень законным образом) с амбициозным предпринимателем и его концерном, Путин отправил не менее инвариантный сигнал и всему российскому «олигархату»: не лезть в политику! Дословно, как рассказывал мне один знакомый буржуин, бывавший на кремлёвских саммитах–инструктажах, призыв звучал так: «Пúздите, сколько влезет, а вот пиздúть не надо».

Можно сказать, что после казусов НТВ и ЮКОСа в России начал действовать негласный, но довольно строго соблюдаемый «пакт о невмешательстве» между властями и населением. Власти застраивали беспрецедентную по масштабам систему воровства и коррупции, а народ наслаждался крохами с барского нефтегазового стола и повышением уровня жизни. Власть, усилиями силовиков, стригла купоны с бизнеса, но зарабатывать и выводить оставшиеся деньги за границу не мешала. Трудящиеся тоже повадились ездить на каникулы в Турцию и Египет, покупать недорогие азиатские автомобили и радоваться жизни в кредит. Пакт в полной мере коснулся и работников культуры, которые резвились в нулевые, как хотели, не гнушались всяческих пикантных табу, прекрасно зарабатывали на корпоративах и грантах, но при этом беспрекословно блюли красные флажки «запретных тем».

С оппозицией Путину тоже везло: была она крайне немногочисленной, пугающе разношёрстной и концептуально не очень убедительной. Самый яркий и харизматичный из оппозиционеров, Борис Немцов, не имел реальных шансов, поскольку простой народ однозначно связывал его с Ельциным, Гайдаром и прочими токсичными «дерьмократами». Помню, именно Борис однажды буквально за ручку из дома вытащил меня на митинг протеста у метро «Маяковская» 31 марта какого–то года (2008?2009?) Протестующих там было меньше, чем журналистов, а журналистов — меньше, чем полицейских. Полчаса бессмысленной толкотни и тихого вязалова — ни речей, ни драк, ни даже транспарантов. Я тогда сказал Боре: скучно и бесполезно, больше не пойду, извини! Подозреваю, что и ему, драйвовому и авантюрному парню, в компании нарцисса–нациста Лимонова и «демшизы» Новодворской было невесело.

Почувствовав себя беспредельным хозяином в стране, Владимир Путин решился попробовать силёнки за границей — и размялся на своём политическом оппоненте и личном враге Михаиле Саакашвили, авторе обидной клички «Лилипутин». И вновь удача ему сопутствовала: позорная, абсолютно аморальная реакция тогдашних мировых лидеров — Буша, Саркози и прочих — на интервенцию в Грузию и фактическую аннексию Южной Осетии убедила кремлёвскую шпану в том, что в современном мире наглость города берёт, а международное право — фикция «для слабаков». Если бы агрессия Москвы нарвалась на адекватную и твёрдую реакцию Запада, не было бы, скорее всего, и оккупации Крыма, и войны на Донбассе… Замечу, кстати, что грозный и могучий против маленьких стран, беззащитных предпринимателей и журналистов, Путин всегда проявлял полную беспомощность, если не сказать трусость, в действительно сложных критических ситуациях: я имею в виду аварию атомной подлодки КУРСК, чеченские теракты в Москве и Беслане, когда неправильные решения бездарного руководства и топорные действия подчинённых привели к сотням необязательных жертв. Когда случались подобные трагедии, Путин имел (и имеет) обыкновение просто исчезать. Кризис–менеджер из него никудышный. Впрочем, крупные проблемы у «национального лидера» начались позже — и тут ему деваться было уже некуда.

ЧАСТЬ 2: НЕУДАЧНИК

«Пакт о невмешательстве» лопнул в конце 2011 года, и привёл к этому не финансовый кризис 2008 года и не экономическая ситуация, а только и исключительно политическая линия Владимира Путина. Напомню, что в 2008 году, дабы формально не нарушать Конституцию РФ, Путин посадил в президентское кресло своего младшего товарища Дмитрия Медведева, а сам сделал себя премьер–министром. Уловка оправдалась лишь отчасти: марионетка–Медведев не подвёл, но вот народ… народ расслабился! При всей своей полной холопской зависимости, улыбчивый «айфончик», не служивший в КГБ, обожающий хард–рок и иностранные гаджеты, испускал иные, более милые вибрации, чем агент Путин. И когда в сентябре 2011 на памятном съезде «Единой России» была объявлена пресловутая «рокировочка» — возвращение в Кремль слегка подзабытого «бывшего» — над страной явственно повеяло холодом и народ напрягся. Не весь, конечно, но наиболее просвещённый и прогрессивный — «креативный класс», «средний класс», столичная молодёжь.

В декабре, после обильных подтасовок в пользу «Единой России» на выборах в ГосДуму, начались митинги протеста. Шли они исключительно под политическими лозунгами — за честные выборы и против Путина, и были куда более многочисленными, чем в нулевые — в Москве доходило до 100–120 тысяч человек. Победу в сомнительной президентской гонке Путину, конечно, обеспечили, но он был явно напуган. И масштабом народных выступлений, и появлением новых впечатляющих лидеров, в частности, Алексея Навального, и, говорят, печальным концом другого незыблемого «отца нации», Муаммара Каддафи. Начались репрессии — аресты и посадки — и, надо сказать, что нежную российскую оппозицию, отвыкшую за почти 30 лет от «твёрдой руки», эти меры отчасти деморализовали. Вместо «Долой Путина!» актуальным лозунгом стал «Пора валить!» В преддверие зимней Олимпиады, успокоившись, президент РФ даже провёл сеанс «микро–оттепели», досрочно выпустив из лагерей Ходорковского и PUSSY RIOT.

Неожиданная победа России на олимпийских играх в Сочи (как теперь известно, обеспеченная манипуляциями государственных служб и даже спецслужб с допингом), видимо, сыграла с президентом Путиным злую шутку: он всерьёз уверовал в то, что «держит Бога за бороду» и его пацанскому фарту конца не будет. Однако выпала пацану Пиковая Дама. Владимир Путин совершил роковую ошибку — пусть поначалу она ему и померещилась триумфом.

В истории с нападением на Украину у Путина было, как мне представляется, три взаимосвязанных главных мотива. Первый — чистое мародёрство. Пока страна в полном хаосе и беззащитна, отхватить под шумок кусок территории. Это как вытащить торчащий из кармана кошелёк у спящего пьяного. Второй: наказать украинцев за их преступное свободолюбие и неуважение к положенному начальству. Третий: поднять свой рейтинг, а заодно и тонус скучающего и не всем довольного населения РФ методом возгонки патриотического угара. Официальную фейк–версию о «защите интересов русского населения» (которое ни в Крыму, ни на востоке Украины никто и не собирался притеснять), можно, конечно, не рассматривать. Равно как и демагогические былины об «исконных русских землях».

В этот раз — повторю: жаль, что запоздало! — мировое сообщество отреагировало на акт международного гопничества и бандитизма более–менее внятно; большинство продажных «понимателей Путина» прикусило язык и даже Беларусь с Казахстаном не признали аннексию Крыма! Путина изгнали из «Большой Восьмёрки», против РФ ввели санкции; до статуса «страны–изгоя» России осталось пол–шага. Получив солидарный отпор гнилого Запада, Путин резко затормозил, танки на Киев, Нарву и Даугавпилс не повёл и в дальнейшем гадил за границей только по мелочам: наёмники в Сирии и Ливии, заказные убийства «предателей Родины», хакерские атаки и попытки повлиять на избирательный процесс в свободных странах. Да и эти хулиганские выходки чаще всего заканчивались провалами, разоблачениями и репутационными потерями для России.

Внутри страны Путин, несомненно, пожал обильный урожай патриотической эйфории по случаю захвата Крыма и общей антиукраинской истерии. Общество радикально раскололось по принципу «Крымнаш/ненаш»; части были неравны («нашистов» явно больше), но такого накала взаимной ненависти в России не бывало, по крайней мере, с начала 90–х. Вдобавок, начались серьёзные проблемы в финансово–экономической области: упали цены на нефть, обвалился рубль, полностью застопорилось экономическое развитие. Циничные попытки переложить бремя ситуации на население путём повышения налогов и пенсионного возраста предсказуемо привели к росту социальной напряжённости и протестной активности, значительно расширившей и тематику (экология, неравенство, урбанизация), и географию (не только Москва и Петербург), и социально–демографическую репрезентативность (от школьников до пенсионеров) по сравнению с пиком 2011/2012 года.

ЧАСТЬ 3: ПРИЕХАЛИ

Теперь можно подводить итоги 20–летнего правления Владимира Путина.

В мире: практически кромешная изоляция, неприязненные или враждебные отношения с большинством стран, включая ближайших соседей; всего несколько неустойчивых «сателлитов» среди стран–изгоев (Сирия, КНДР, Венесуэла…) Унизительные отношения с как бы «дружественным» Китаем, постепенно и методично утверждающим себя — если не де–юре, то, во всяком случае, де–факто — в качестве реального хозяина восточной части РФ. Серия «тёплых» и замороженных конфликтов на границах: к ельцинскому Приднестровью добавились Осетия, Крым и Донбасс. Небольшие, но регулярные (и бессмысленные) потери «солдат неудачи» на Ближнем Востоке и в Африке.

В России: коллапс судебно–правовой системы — точнее, перевод её на репрессивные стандарты советского образца. Кризис в науке и образовании; как результат — растущее технологическое отставание от развитых стран. Экономический рост нулевой; доходы граждан и уровень жизни уже несколько лет подряд падают. Иностранные инвестиции скатились до минимума, а вывоз капитала — на стабильно высоком уровне. Система здравоохранения рушится на глазах. Зато бодро растут расходы на оборону, безопасность и государственную пропаганду. Коррупция — фактически, кровеносная система путинского режима — сбоев не даёт и эффективно подпитывает растущую нищету и небывалое социальное неравенство. Хоть какие–нибудь достижения есть?!?! Ну, разве что, невероятные размеры золото–валютных запасов — надо полагать, «золото партии», путинская неприкасаемая кубышка «на чёрный день».

Куда ни кинь — всюду или готовая катастрофа, или её преддверие. И люди это ощущают на себе: в России (даже в тонущей в деньгах Москве!) почти все недовольны и несчастны: от бедствующих пенсионеров до крупных бизнесменов, живущих под дамокловым мечом «раскулачивания»; от образованной молодёжи, не видящей перспектив ввиду отсутствия социальных лифтов, до работяг, едва сводящих концы с концами на мизерную зарплату. В качестве утешения и профилактики недовольства предлагаются милитаристская и ксенофобская пропаганда в духе «осаждённой крепости», воинствующие «традиционные ценности», православное убаюкивание типа «вся власть от Бога» и тому подобная отсталая и предельно убогая повестка. По степени средневекового консерватизма российский гуманитарный официоз уже может сравниться с ортодоксальным мусульманством иранского или саудовского типа. Разница только в степени и жёсткости внедрения.

Однако россиян телесказки не очень успокаивают. Страна на первом месте в мире по самоубийствам среди мужчин (на душу населения). Более половины молодых людей 18–24 лет хотело бы эмигрировать из РФ, причём многим побег удаётся. И это — самая страшная катастрофа. Невозможно точно подсчитать, сколько человек покинуло Россию за 20 путинских лет: почти все уезжают тихо, не меняя гражданства, но и не возвращаясь. Называют цифру 5 миллионов. Далеко не худших граждан страны. Эти людские потери (к счастью, не фатальные) сравнимы по величине с числом сгинувших в ГУЛАГе при Сталине.

О Сталине в России в последнее время вспоминают очень часто. И о Путине в связи со Сталиным в том числе. Не удивительно: Владимир Владимирович пересидел в Кремле и Горбачёва, и Ельцина, и Хрущёва, и даже Брежнева. Только сталинский рекорд держится. На крови. Те три десятилетия были, бесспорно, самым страшным и трагическим периодом в истории России. А «двадцатилетка» Путина была какая? Я бы сказал, самая позорная и циничная. Время воровства и упущенных возможностей. Время шпаны и ментов. Время, когда страна по всем направлениям пошла вспять, в прошлое.

А будущее? С уверенностью можно сказать: Путин сам, в ельцинском стиле, не уйдёт. Он догадывается, что тихая старость на подмосковной даче или итальянском курорте ему не светит. Аналогично, демократические реформы в стране он проводить не будет: печальный опыт российских реформаторов — Хрущёва, Горбачёва, Ельцина (не говоря уже об Александре II) — усвоить нетрудно. Да и людей Путин не любит — с чего бы ему стараться? Дворцовый переворот — несмотря на тихий ропот, маловероятен, учитывая трусость, бездарность и полную зависимость дворцовой челяди от хозяина. Народная революция?? Россия — не Чили, не Гонконг, не Ливан и даже не Франция, как я мог воочию убедиться этим летом и осенью. Люди безрадостны, озлоблены на начальство, но в огромном большинстве своём апатичны и чувство солидарности им мало знакомо. Пока, как очень хотелось бы верить.

В любом случае, эта невыносимо тягостная полоса российской истории, этот навязчивый бред — закончится. И чем скорее, тем лучше. Куда бы в результате ни занесло. В отличие от многих, я лично не сомневаюсь, что, как и в случае с Иосифом–убийцей, режим Владимира–ворюги очень ненадолго переживёт уход своего создателя.

facebook.com

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *